Наука о чтениях Корана

Наука о чтениях Корана

по-арабски: علم القراءات

теги: -

ключевые слова: наука о кираатах

см. также: чтения Корана (канонизация, критерии аутентичности, за­пись и чтение, чтецы), харфы

Составление канонического свода Корана ознаменовало первый шаг в возникновении «науки о чтениях Корана» (‘ильм аль-кира̄’а̄т). Эта дис­цип­лина впоследствии стала од­ним из важнейших направ­ле­ний му­суль­манской филологии и теологии, однако ли­те­ра­туры по ней со­хра­нилось не много. Особое значение в ‘ильм аль-кира̄’а̄т уделя­ется пра­ви­лам произношения (таджвид), в том числе теории ассимиляции (ид­гам), изме­не­нию «а» на «э» (ималя), удлинению (мадд), паузам (вакф), сохранению или облегчению (таб­диль) хамзы. Среди литера­ту­ры, по­свя­щённой проблеме кираатов выделяются тру­ды Мак­ки ибн Абу Та­либа, Абу ‘Амра ад-Дани, Абу Шамы аль-Макдиси и др.

Ибн Муджахид, Кита̄б ас-саб‘ат̈.

Харфы

Чтение текстов, провозглашённых пророком Мухаммадом ﷺ как откровение, с са­мо­го начала играло важную роль в мусульманской общине. Осознавая важность со­хра­не­ния Корана в том виде, в котором его принёс пророк Мухаммад ﷺ его спод­вижники за­по­ми­нали мельчайшие фонетические особенности священного Писания. Помощь в этом ока­зывал ритмизованный и рифмованный текст откровения, легко восприни­мав­ший­ся арабами. Кроме того, ниспослание Корана в семи харфах (мн. ч. ах̣­рӯф) об­лег­ча­ло про­из­ношение и запоминание Корана для выходцев из различных араб­ских пле­мён.

Важность чтения Корана видна из того факта, что сбор этих откровений был обо­зна­чен как к̣ур’а̄н («рецитация»). Сборники хадисов упоминают о том, что во времена про­рока Мухаммада ﷺ имели место различия в декламации Корана и что они были раз­ре­ше­ны им, однако нет описания характера этих различий. В одном из хадисов, пе­ре­дан­ных от ‘Умара ибн аль-Хаттаба говорится о том, что ‘Умар услышал, как чте­ние су­ры аль-Фур­к̣а̄н (25, «Раз­ли­че­ние») Хишамом ибн Хакимом несколько от­ли­ча­лось от той фор­мы, которую он слышал от Пророка ﷺ. Узнав от Хишама , что этому чте­нию нау­чил его сам пророк Мухаммад ﷺ, ‘Умар повёл его к Пророку ﷺ и рассказал о слу­чив­шем­ся. Посланник Аллаха ﷺ, выслушав чтение суры обоих, ска­зал: «Знайте, что Ко­ран нис­пос­лан в семи харфах. Читайте тот из них, который для вас легче». В дру­гом ха­ди­се, передаются следующие слова Пророка ﷺ: «Джиб­риль прочёл мне Коран од­ним хар­фом, и я попросил у него (облегчения). Я про­дол­жал про­сить его до­ба­вить и он добав­лял, по­ка не дошёл до семи харфов». После пересе­ле­ния му­суль­ман из Мекки в Меди­ну в свя­зи с принятием ислама другими арабскими племенами поя­ви­лась не­об­хо­ди­мость чте­ния некоторых частей Корана на других диа­лек­тах араб­ско­го языка, по­ми­мо ку­рай­шит­ского. Под семью харфами, вероятно, под­ра­зу­ме­ва­лись арабские диа­лек­ты ку­райш, ху­зайль, сакиф, хавазин, кинана, тамим и аль-йа­ман. Контекст ха­ди­сов пред­по­ла­гает, что под харфом подразумевается способ чте­ния или манера про­из­но­ше­ния. Од­нако из ранних работ видно, что в 8 веке под хар­фом понималось то­же, что и ки­ра̄­’а̄т̈ в уз­ком смысле «варианта чтения».

После смерти Посланника Аллаха ﷺ чтецы поселились в разных городах Халифата, обучая своих последователей тем чте­ни­ям, которые они переняли от Пророка ﷺ. Распространение Корана в первые годы после смерти Пророк ﷺ свя­зы­ва­ют с име­на­ми таких сподвижников, как ‘Усман ибн ‘Аффан , ‘Али ибн Абу Талиб , Зайд ибн Сабит и Убайй ибн Ка‘б в Медине, Ибн Мас‘уд в Куфе, Абу Муса аль-Аш‘ари в Басре, Абу ад-Дарда в Шаме (Сирии). Большой вклад в распро­стра­не­ние Корана в Мекке внёс один из учеников Убаййа ибн Ка‘ба , ‘Абдуллах ибн ас-Саиб. В первой половине 8 века стали вы­де­лять­ся чтецы, всецело посвятившие себя преподаванию Корана. Они систематизировали особенности тех способов чтения, которым обу­чились у сподвижников Пророка ﷺ, сформировав традиции чтения Корана (кира̄’а̄т̈). Те традиции чтения, у ко­то­рых было ма­ло последователей, со временем исчезали.

Ибн Муджахид, Кита̄б аш-шаваз̱з̱.

Отсутствие канонического свода при жизни пророка Мухаммада ﷺ, а также несовер­шенство арабского алфавита привело к тому, что вскоре возникли разногласия отно­си­тельно того, как читать текст Корана. Эти разногласия могли привести к серьёзным по­литическим проблемам, так как коранические откровения играли осново­по­лагаю­щую роль в регламентации жизни мусульманской общины. Собрание воедино свода Ко­ра­на при халифе Абу Бакре (до 634), а также обнародование отредактированного свода Корана при халифе ‘Усмане (после 650 года) предназначалось для ис­прав­ле­ния этой проблемы. Копии редакции ‘Усмана были отправлены из Медины в самые важные города Сирии и Ирака (Дамаск, Куфу и Басру). После относительно короткого пе­ри­ода эта редакция была общепринята как официальный текст по всей территории Ха­ли­фа­та, в том числе и в Куфе, где сподвижник Пророка ﷺ Ибн Мас‘уд отка­зы­вал­ся ис­поль­зовать копию ‘Усмана и призывал пользоваться своим списком.

В целом список ‘Усмана (расм ‘Усмани) имел сильное объединяющее значение, так как после рассылки списков ‘Усмана распространение получили только те чтения, которые соответствовали им. Но даже этот список не гарантировал действительно единое «чтение». В тафсире Суфйана ас-Саури (ум. 778), например, приводится 67 раз­лич­ных чтений из 24 различных списков. Большинство из них взято из свода Ибн Мас‘уда , варианты чтения которого в 8—9 веках могли рассматриваться наравне со списком халифа ‘Усмана . В тафсирах Суфйана ас-Саури и ‘Абд ар-Раззака ас-Сан‘ани нет упоминания о том, что варианты чтения, отличные от списка ‘Усмана неприемлемы. По всей видимости, ру­ко­водящим принципом принятия чтения было то, что оно должно было быть хорошо известно либо из свода Корана, либо из общепринятой традиции. Аль-Фарра (ум. 822) добавил ещё один критерий, а именно, что приемлемый вариант чтения дол­жен соответствовать правилам арабского языка.

Во время декламации, которая была по существу основана на устной традиции, продолжались читаться чтения, отклоняю­щиеся от официального издания. Поскольку эти чтения брались от признанных авторитетов раннего периода и за­слу­жи­ваю­щих доверия передатчиков, то их также замечали комментаторы Корана и филологи, рассматривавшие эти разно­чте­ния в своих трудах. Таким образом, разновидности чтения Ибн Мас‘уда , Убаййа ибн Ка‘ба и других ранних «чтецов» (к̣ари), которые отклонялись от официального текста, были переданы в ранней научной литературе и поэтому их фрагменты со­хра­нились до наших дней.

А. Сувейд Способы чтения Корана и десять выдающихся чтецов

Подробнее: Вариативность чтения Корана

Становление науки

Со временем свобода выбора между различными вариантами прочтения одного и того же слова была заметно ограничена. Систематизация чтения Корана, основывавшаяся в первую очередь на устной традиции, ограничила свободный выбор кираата, но полностью не запретила. Читая официально принятый текст Корана, чтец всё же мог сделать выбор между определёнными авторитетными чтецами. На начальном этапе обсуждение ки­ра­атов носило устный характер. Некоторые учёные, например, Йахйа ибн аль-Харис аз-Зи­ма­ри (ум. 762) и Хамза ибн Хабиб аз-Заййат (ум. 772), специализировались на деталях альтернативного прочтения Ко­ра­на. Ха­рун ибн Муса аль-Басри (ум. ок. 786) первым подверг критическому изучению прочтение Корана. В начале 9 века Абу ‘Убайд Касим ибн Салям (ум. 839) составил первое специальное сочинение, в котором он собрал все кирааты. В течение сле­дую­ще­го столетия этой проблемой занимались Ахмад ибн Джубайр (ум. 872), Абу Хатим, ат-Табари (ум. 936) и др.

Аль-Ахфаш аль-Авсат (ум. 830) и аль-Фарра написали книги с одинаковым названием, Ма‘а̄нӣ аль-К̣ур’а̄н («Значения Корана») с целью установить правильное чтение Корана и, при необходимости, выдвинуть аргументы в пользу выбора правильных чтений. Аль-Фарра рассматривал варианты чтения, которые пред­полагают наличие различных списков Корана (расм) го­раз­до чаще, чем аль-Ахфаш, который не допускал несогласованные со списком ‘Усмана чтения. Разница во мнениях между аль-Ахфашем и аль-Фаррой по этому вопросу показывает, что к началу 9 века это противоречие ещё не разрешилось. Из их работ также видно, что в то время существовал общепризнанный стандартный текст, который, вероятно, не был столь ве­со­мым, что бы специалисты объявляли варианты чтения из другого списка недействительными.

аль-Фарра, Ма‘а̄нӣ аль-К̣ур’а̄н.

Во второй половине 9 века Ибн Кутайба (822—889) высказал мнение, что разрешены все способы прочтения Корана, которые соответствуют расму «нашего мусхафа». Он цитирует мнение ‘Усмана о том, что разница между кира̄’а̄т̈ и кита̄б была вопросом акцента (ляхн) арабов и что расм следует оставить таким как есть. В комментарии ат-Табари (ум. 923) критерием для отказа от чтения было не соответствие кодификациям пяти городов, в которые был отправлен текст ‘Усмана . К 9 веку списки ‘Усмана окончательно затмили другие списки, особенно Ибн Мас‘уда . Во многом это было связано с деятельностью влиятельного «имама чтецов Багдада» Ибн Муджахида (ум. 935), чей взгляд на приемлемость вариантов чтения был принят визирем Ибн Муклей в 935 году. Ибн Муджахид не был первым, кто выделил наиболее распространённые кирааты; известно, что ещё раньше некоторые богословы выделяли пять кираатов — по одному из каждого крупного центра Халифата.

Канонизация чтений

Ибн Муджахид запретил дальнейшее использование неканонических кираатов, в том числе и Ибн Мас‘уда . Ибн Шаннабуз (ум. 939), который публично читал по списку Ибн Мас‘уда и других неканонических списков, предстал перед судом и был высечен, пос­ле чего он отказался читать по ним. Можно сказать, что с тех пор текст ‘Усмана считался основным текстом и единственным допустимым для чтения Корана. Смысл термина кира̄’а̄т̈ перешёл от «манеры чтения Корана» к «манере изложения устоявшегося письменного текста Корана». Ибн Муджахид мотивировал выбор семи канонических чтений тремя критериями:

1. чтение должно соответствовать одному из пяти списков ‘Усмана , которые были разостланы в пять городов;
2. оно должно быть передано авторитетными чтецами и признано достоверным большинством учёных;
3. оно должно соответствовать правилам арабской грамматики.

Первый критерий все же обеспечил некоторую свободу действий, поскольку было признано, что были некоторые незначи­тель­ные различия в списках ‘Усмана , разосланных в пять городов. Ибн Муджахид, по-видимому, принял расхож­де­ния между списками ‘Усмана , так как они были известны в его время. Из пятидесяти случаев расхождений, упомя­ну­тых в списках, которые Ибн Абу Давуд (ум. 928) указал в своём Кита̄б аль-Мас̣а̄х̣иф, только 4 не указаны в Кита̄б ас-саб‘ат̈ фи аль-кара̄’а̄т Ибн Муджахида. Ибн Муджахид признавал, что в прошлом большинство куфийцев читали Коран в со­ответствии со списком Ибн Мас‘уда ; но свой отказ он мотивировал тем, что харф, на котором написан список ‘Усмана объединил мусульманскую общину. То, что для Ибн Муджахида второй критерий имел приоритет над третьим, можно заметить в ис­тории о чтеце Корана Ибн Миксаме (ум. 965), который, как сообщается, считал приемлемым все чтения, ко­то­рые допускал спи­сок ‘Усмана до тех пор, пока они соответствовали хорошему арабскому языку, если даже они не вос­хо­дят к пророку Му­хам­маду ﷺ. Как и Ибн Шаннабуз через год, он предстал перед судом, но он отрёкся, прежде чем был наказан.

Ибн Абу Давуд, Кита̄б аль-Мас̣а̄х̣иф.

Применив своих критерии, Ибн Муджахид отобрал и представил чтения следующих авторитетных чтецов:

• Нафи‘ ибн ‘Абд ар-Рахман (ум. 785) из Медины;
• ‘Абдуллах ибн Касир (ум. 738) из Мекки;
• ‘Асим ибн Абу аль-Наджуд (ум. 745), Хамза ибн Хабиб аз-Заййат (ум. 773) и ‘Али ибн Хамза аль-Кисаи (ум. 804) из Куфы;
• Абу ‘Амр ибн аль-‘Аля (ум. 770) из Басры;
• ‘Абдуллах ибн ‘Амир (ум. 736) из Дамаска.

Такое решение было неодобрительно воспринято некоторыми современниками Ибн Муджахида, среди которых были имамы Ахмад ибн Ханбаль (ум. 855) и Бишр ибн аль-Харис (ум. 841), которые считали кирааты Абу Джа‘фара аль-Мадани, Сулеймана аль-А‘маша и басрийских чтецов более надёжными, чем кирааты Хамзы аз-Заййата и аль-Кисаи.

Ибн Муджахид не только представил допустимые варианты чтения, но и сохранил бо­лее или ме­нее понятные системы произношения. Это также показано в изложении об­щих характеристик чтений. Таким образом, Ибн Муджахид обсуждает, например, по­зи­ции разных чтецов относительно гласных личного суффикса -хум (нужна ли кясра (и), если до ха стоит кясра (и) или оставлять дамму (у)), и должна ли мим (м) быть без глас­ной или нужно добавить длинную или короткую дамму (у). Точно так же он отмечает места ассимиляции безгласных сог­лас­ных с первыми согласными следующего слова, например, нужно ли вместо баль рафа‘аху Лля̆ху иляйхи нет, Аллах воз­нёс его к Себе [4:158] читать бар-рафа‘аху Лляху иляйхи. Эти особенности представляют собой совершенно разные сти­ли дек­ла­мации, и они, скорее всего, отражают оригинальные диалектные различия в произношении арабского языка. По край­ней мере, одно явление, по-видимому, является значительным в этом отношении. Произношение глотальной остановки (хам­зы) в разных чтениях, по-видимому, отражает разницу между древними восточными и западными арабскими диалек­та­ми. Сог­ласно передаче Варши ‘ан Нафи‘ хамза не произносится, когда она без глас­ной. То же самое происходит в чтении Абу ‘Амра во время молитвы (намаза). Со­гласно этому произношению, например, алляз̱ӣна йу’минӯна которые уверовали [2:3] чи­тается без хамзы как алляз̱ӣна йуминӯна, а би’р заброшенный колодец [22:45] — как бир. Это соответствует тому, что из­вестно о западноаравийском произношении, и, кроме того, соответствует произношению, которое предлагает свод Ко­ра­на (расм ‘Усма̄ни). Ибн Муджахид обсуждает все эти общие правила в экскурсах, в основном в свя­зи с отрывками, в ко­то­рых эти различия появляются впервые.

Работа Ибн Муджахида оказала огромное влияние на чтение Корана, особенно потому, что он пользовался явной поддерж­кой ‘аббасидских правителей. С этого момента исчезли чтения, отличные от списка ‘Усмана , и осталось только два вида чтения, основанных на нём: те, которые разрешались в чтении, так как они были переданы авторитетными чтецами и приз­на­ны достоверными большинством учёных, а также те, которые не соответствовали этим критериям. Первые позднее бы­ли обозначены как мутава̄тир (مُتَواتِر‎) и были разрешены, а другие чтения стали известны как шаз̱з̱ (شَذَّ‎) («одиночные, изо­ли­ро­ван­ные»), то есть те, у которых отсутствует достаточное количество авторитетных цепочек передач. Ибн Муджахид на­пи­сал боль­шую книгу об этих чтениях, но она не сохранилась. Действительно, многие из этих чтений, а также чтения, ко­то­рые пред­по­ла­гают различные списки, сохранились лишь в специализированных работах, которые помогают понять значение слов или выражений. Например, вариант чтения Ибн Мас‘уда в аяте 44:54 ва-амдазахум би-‘исин ‘ӣнин («и мы поддержим их светло-серыми, большеглазыми») вместо ва-заваджна̄хум би-хӯрин ‘ӣнин («и Мы сочетаем их с черноглазыми, боль­ше­гла­зы­ми») отмечено в тафсирах аз-Замахшари (ум. 1144) и Фахр ад-дина ар-Рази (ум. 1210).

ад-Дани, ат-Тайсӣр фӣ аль-кира̄’а̄т ас-саб‘.

Сочетание власти ‘аббасидского государства с авторитетом и репутацией Ибн Му­джа­хи­да в области чтения Корана оказа­лось весьма эффективным, и, вероятно, менее чем за полвека его система семи канонических чтений стала обще­признан­ной. Отобран­ные Ибн Муджахидом семь кираатов получили преимущество перед остальными: их пре­по­да­ва­ли в мактабах и им следовали имамы мечетей во время религиозных ри­туа­лов. Впо­след­ствии она также была систематизирована. В не­ко­то­рых случаях, как и в слу­чае с На­фи‘, Ибн Муджахид упомянул довольно много передатчиков (рави), а в других слу­ча­ях, как в случае с ‘Асимом, только одного. В ат-Тайсӣре андалузского чтеца Абу ‘Амра ад-Дани (981—1053) для каждого чтеца есть только два передатчика, некоторые из них, однако, не фигурируют в списке Ибн Муджахида. Формат двойной передачи в ко­неч­ном счёте стал устоявшимся правилом.

Подробнее: Канонизация чтений Корана

Ибн аль-Джазари, Так̣рӣб ан-нашр фӣ-ль-к̣ира̄’а̄т аль-‘ашр.

Позднее развитие науки

Ибн Муджахид ограничил свой выбор чтецов до семи, по-видимому, потому, что эти семь соответствовали критерию широкого признания. В то же время, выбор семи чте­цов предполагал соответствие семи пророческим харфам, хотя это соответствие не было общепризнанным. Исходя из критерия широкого признания, к семи чтецам были добавлены ещё несколько чтецов. Абу аль-Хасан Тахир ибн ‘Абд аль-Мун‘им ибн Галь­бун (ум. 1008) включил в свой труд ат-Тазкира фи-ль-кира̄’а̄т второго чтеца Басры Абу Мухаммада Йа‘куба ибн Исхака аль-Хадрами (ум. 821), которого приняли в качестве во­сь­мо­го чтеца. Можно также утверждать, что Абу Джа‘фар Йазид ибн аль-Ка‘ка (ум.747), один из учителей Нафи‘а, которого восхвалял Ибн Муджахид, должен был иметь своё законное место в списке чтецов — тем более, что и Хамза, и аль-Кисаи, которые были его учителем и учеником, были включены в список. Халяф ибн Хишам аль-Баззар (ум. 843), который был одним из передатчиков Хамзы, но который отобрал около 120 соб­ственных чтений, отличавшихся от чтений Хамзы, также приобрёл репутацию неза­ви­си­мого чтеца. Это вскоре привело к общему признанию этих трёх чтецов, каждый из ко­то­рых имел по два основных передатчика. Они стали известны как «трое после семи» или «десять чтений». Неизвестно, были ли эти три чтения также «широко распрост­ра­не­ны» (мутава̄тир), или просто «хорошо известны» (машхӯр), но, по крайней мере, в более позд­ние времена, эти де­сять чте­ний счи­та­лись «широко распространёнными» (му­та­ва̄­тир).

Макки ибн Абу Талиб, ат-Табс̣ират̈ фӣ аль-кира̄’а̄т ас-саб‘

Идея о том, что есть правильные чтения, удовлетворяющие двум критериям Ибн Му­джа­хи­да, продолжала привлекать некоторых сторонников. Абу Мухаммад Макки ибн Абу Талиб аль-Куртуби (ум. 1045), вероятно, был первым, кто защищал эту точку зрения. Ибн аль-Джазари (ум. 1429) с одобрением цитирует в своём ан-Нашр фи-ль-кира̄’а̄т аль-‘ушр мнения Макки, что есть три вида «чтений». Первое — это «то, что читается се­год­ня и в котором объединены три характеристики». Этими характеристиками яв­ля­ют­ся:

1. передача от Пророка ﷺ надёжными авторитетными чтецами (сикат);
2. соответствие арабскому языку, на котором был ниспослан Коран;
3. соответствие написанному в мусхафе.

Чтения, которые соответствуют этим трём критериям, принимаются и могут быть проч­тены, а тот, кто их отвергает, тот неверующий (ка̄фир). Второй вид чтения состоит из тех, которые соответствуют первым двум критериям, но не третьему. Этот вид чте­ния является приемлемым, но не может быть использован в декламации Корана, а тот, кто его отвергает, не является неверующим, однако, как указывает Ибн аль-Джа­за­ри, учё­ные с этим не согласны. Меньшинство придерживалось мнения о том, что раз­ре­ше­но чи­тать такие чтения, например, раз­ре­ше­но чте­ние Ибн Мас‘уда в молитве (на­ма­зе) так как это практиковалось сподвижниками Пророка ﷺ и их последователями (та­би­‘и­нами). Третий вид состоит из чте­ний, которые не соответствуют первым двух кри­те­ри­ям даже если они соответствуют написанному в мусхафе, а тот, кто от­вер­гает их, не является неверующим.

аль-Банна, Итх̣а̄ф фуд̣аля̄’ аль-ба­шар фи-ль-к̣ира̄’а̄т аль-арба‘ат̈ ‘ашар.

Переформулировка трёх критериев Ибн Муджахида способствовала добавлению ещё четырёх чтецов к списку, которых назвали «четырьмя после десяти». Сторонники сис­темы четырнадцати чтецов, как правило, основывали своё мнение на мнении Макки и Ибн аль-Джазари и получили некоторое, но не общее, признание, так как большинство учёных относили их к категории шаз̱з̱. Тем не менее граница между приемлемыми и неприемлемыми чтениями оставалась несколько размытой. Абу аль-Касим Мухаммад ибн Джузай аль-Гарнаши (ум. 1340), который в своём тафсире следовал за чтением Варш ‘ан На­фи‘, пишет что «это чтение используется в аль-Андалусе и других странах Магриба» и даёт краткое определение кираата: «Ки­ра­ат подразделяется на два класса — хорошо известных, установленных (машхӯр) и изолированных, отклоняющихся (шаз̱з̱). Машхур — это семь чтений и те, которые похожи на них, такие как чтение Йа‘куба и Ибн Мухайсина. Шазз — это то, что отличается от этого». Поскольку Ибн Муджахид, упоминая «одного из семи человек», часто называл двух других, Абу Бакра Шу‘бу (ум. 809) и Хафса (ум. 796), которые независимо друг от друга передавали чтение от ‘Асима, стало при­выч­ным добавлять имена этих двух чтецов к шести другим и «трём после семи». Таким образом, возникли недоразумения в количества имён в списке чтецов, признан­ных ка­но­ническими.

После того, как канонические чтения были ограничены «семью», а затем «тремя после семи» и «четырьмя после десяти», отношение к другим надёжным чтениям в мусуль­ман­ском мире стало неоднозначным. Среди простых мусульман распространи­лось оши­боч­ное мнение о том, что только канонические кирааты являются единственно пра­виль­ными, а следование любым другим традициям в народе считалось ересью и отступничеством. Религиозные ав­то­ри­те­ты во все времена осторожно относились к любым попыткам упростить чтение священной книги, поэтому дея­тель­ность Ибн Муджахида была не­од­ноз­начно воспринята ими.

аз-Захаби, Ма‘рифат̈ аль-курра̄’ аль-киба̄р ‘аля̄ ат̣-т̣абак̣ат в̌а-ль-а‘с̣а̄р

В дальнейшем чтецам пришлось придерживаться исключительно канонических чтений, но это не исключало полностью неканонические «отклонившиеся» (шаваз̱з̱) чтения. Позд­нее информация об этих чтениях приводилась в лингвистической литера­туре. Кро­ме того, после «Книги Семи» (Кита̄б ас-саб‘ат̈) Ибн Муджахид также написал «Книгу от­клонившихся чтений» (Кита̄б аш-шаваз̱з̱), которая не сохранилась до наших дней. Дис­кус­сия о неканонических чтениях велась на протяжении веков в на­уч­ной ли­те­ра­ту­ре: Ки­та̄б аль-Мас̣а̄х̣иф Ибн Абу Давуда; упомянутых выше работах Ибн Му­джа­хида; мо­но­гра­фии о неканонических чтениях Ибн Халявайха (ум. 980) и Ибн Джин­ни (ум. 1002); клас­сическом пособии ад-Дани (ум. 1053) о семи чтецах Корана; работе Ибн аль-Джа­за­ри (ум. 1429) о десяти чтениях и классах (т̣абак̣ат̈) чтецов; книге аль-Банны (ум. 1705) о че­тыр­надцати чтениях и др. Для практики декламации Корана лите­ра­тур­ная тра­ди­ция сос­тав­ляла, в отличие от ранних времён, почти незаменимое допол­не­ние к уст­но­му обу­че­нию. Трактат Ибн Муджахида оставался главным со­чи­не­нием на эту те­му до кон­ца 14 ве­ка, когда Ибн аль-Джазари ввёл понятие «десять ки­ра­атов».

Сочинения

Среди наиболее известных трудов, посвящённых проблеме кираатов, также можно отметить следующие:

• аль-Банна, Итх̣а̄ф фуд̣аля̄’ аль-башар фӣ-ль-к̣ира̄’а̄т аль-арба‘ат̈ ‘ашар;
• ад-Даракутни, Кита̄б аль-к̣ира̄’а̄т;
• аз-Захаби, Ма‘рифат̈ аль-курра̄’ аль-киба̄р ‘аля̄ ат̣-т̣абак̣ат в̌а-ль-а‘с̣а̄р;
• Ибн аль-Джазари, ад-Дурра аль-муди’а фӣ-ль-к̣ира̄’а̄т аль-а’имма ас-саляса аль-мардиййа;
• Ибн аль-Джазари, Так̣рӣб ан-нашр фӣ-ль-к̣ира̄’а̄т аль-‘ашр;
• Макки ибн Абу Талиб, аль-Ибана ‘ан ма‘ани аль-к̣ира̄’а̄т;
• ан-Нашшар, аль-Будур аз-захира фӣ-ль-к̣ира̄’а̄т аль-‘ашара аль-мутаватира;
• ар-Раини, аль-Кафи фӣ-ль-к̣ира̄’а̄т ас-саб‘;
• аль-Фадали, аль-К̣ира̄’а̄т аль-к̣ур’аниййа;
• аш-Шатиби, Х̣ирз аль-ама̄нӣ фӣ ваджх аль-таха̄нӣ;

Литература

Использованная литература

• А.А. Али-заде, Кыраа // Исламский энциклопедический словарь. — М. : Ансар, 2007. (рус.; CC BY 3.0)
• Э.Р. Кулиев, Канонизация традиций чтения Корана // Корановедение: Учебное пособие. — М. : Изд-во МИУ, 2010. — С. 87-91. (рус.; сотр.)
• Е.А. Резван, ал-Кира̄’а // Ислам: энциклопедический словарь. — М. : Наука, 1991. — С. 137-138. (рус.)
• F. Leemhuis, Readings of the Qurʾān // Encyclopaedia of the Qurʾān. — Leiden : E. J. Brill, 2004. — Vol. IV (P—Sh). — P. 353-363. (англ.)
• R. Paret, Ḳirāʾa // Encyclopaedia of Islam, Second Edition. — Leiden : E. J. Brill, 1986. — Vol. V (Khe—Mahi). (англ.)

Первоисточники

• Abū ʿAmr al-Dānī, Kitāb al-Muḳniʿ fī rasm maṣāḥif al-amṣār maʿa Kitāb al-Naḳṭ. — 1932. (ар.)
• Ibn al-Jazarī, Ṭabaḳāt al-ḳurrāʾ. — 1933, 1935. (ар.)
• J. al-Suyūṭī, Itḳān. — Cairo. (ар.)

Дополнительная литература

• Labib as-Said, The recited Koran. A history of the first recorded version. — Princeton, 1975. (англ.)

Информация о статье

• Автор: Нагметов, Р. Ш.; E-mail: feedback@quranacademy.org.
• Библиографическая ссылка: Наука о чтениях Корана [Электронный ресурс] // QuranAcademy.org: Академия Корана. 2021 г.
• URL: http://ru.quranacademy.org/encyclopedia/article/ilm-qiraat
• Дата первой публикации: 19 апреля 2021 г.

Сотрудничество

Академия Корана при­гла­ша­ет к сотруд­ни­чест­ву авторов статей, редакто­ров, пере­вод­чи­ков, волон­тёров и т. д. Об ус­ло­виях сотрудни­чест­ва и других интере­сую­щих Вас вопросах мо­же­те спросить в на­шем Те­ле­грам-ак­каунте.

Основной автор этой статьи — участник Maqivi. Если вы хотите обсудить содержание статьи, то перейдите на страницу обсуждения статьи или на страницу обсуждения участника. Ссылки: 🔍 Просмотр (адм, арх, dev) / Википедия (цит.) / and Recitation Iequran (л,с, а) / corpus / Brill: (1, 2, 3) / EQ / Islamica (ш, с) / TDVIA (ш) / ИЭС’91 / Али-заде Мета-теги:  / Google (hqa) / Яндекс : * {{TDV||статья||yıl=|cilt=|sayfa=}}